Да, тут как раз интересно разбирать не в духе «по фотографии видно, что у человека X диагноз», а через психологию самопрезентации. По одному снимку нельзя надёжно установить характер, самооценку или реальные мотивы человека, зато довольно хорошо можно разобрать, какое впечатление фотография конструирует и какими визуальными средствами.

И здесь обе фотографии весьма говорящие.

Снимок слева очень явно постановочный. Огромное кресло почти театрального вида, ярко-синие колготки, контрастная одежда, каблуки, необычная поза. Человек не просто «оказался в кресле» — тело превращено в часть композиции.

Самая заметная вещь — поза одновременно закрытая и демонстративная. Корпус собран, ноги согнуты и занимают большую часть кадра, но именно ноги при этом становятся главным визуальным объектом. Получается любопытное противоречие: «я не стою перед камерой в прямой модельной позе», но при этом весь кадр тщательно устроен так, чтобы на человека смотрели.

В психологии самопрезентации такая конструкция удобна, потому что позволяет совместить две вещи:

«Я привлекательная» + «но я как будто вообще не стараюсь выглядеть привлекательной».

Это очень распространённый механизм. Не обязательно сознательный. Прямое позирование иногда воспринимается как слишком серьёзное заявление о собственной привлекательности. А странная мебель, немного нелепая поза и театральность создают алиби: это вроде бы игра, прикол, эстетический эксперимент.

То есть сообщение здесь скорее не «посмотрите на моё тело», а «посмотрите, какая я визуально необычная».

Формально это классическое зеркальное селфи в халате — максимально бытовая ситуация. Но лицо совершенно не бытовое: рот открыт, глаза широко раскрыты, брови подняты, корпус немного собран внутрь.

Это гиперэкспрессивная мимика.

Такая мимика хорошо работает в социальных сетях, потому что обычное нейтральное лицо на фотографии часто воспринимается как скучное или слишком серьёзное. Поэтому человек воспроизводит не столько реальную эмоцию, сколько условный знак эмоции:

«вау / ой / ахаха / я в шоке / смотрите, что происходит».

Это почти эмодзи, сделанный лицом.

И здесь снова появляется защита от чрезмерной серьёзности. Вместо классического «красивого селфи» получается:

«Я сделала селфи, но не воспринимаю себя слишком серьёзно».

Это довольно важный социальный сигнал.

По отдельности одна фотография могла бы означать что угодно. Но в паре возникает достаточно последовательный образ.

Слева: эксцентричность, визуальная смелость, немного театра.

Справа: эмоциональность, непосредственность, немного самоиронии.

Вместе они конструируют персонажа примерно такого типа:

«Я яркая, немного странная, весёлая, спонтанная и не скучная».

Причём слово персонаж здесь важно. Это не значит, что человек в реальности такой. Социальная фотография вообще редко является документом личности. Она скорее похожа на одежду: человек выбирает, какую версию себя предъявить окружающим.

А теперь особенно занятная часть — отношение фотографий к тексту объявления.

Текст чрезвычайно категоричен: огромный список людей заранее отсекается, присутствует довольно агрессивная селекция партнёров. Это коммуникация типа «у меня есть строгие критерии, я выбираю».

Если бы рядом стояли две серьёзные портретные фотографии, общее впечатление получилось бы довольно жёстким: высокая требовательность, дистанция, контроль.

Но фотографии делают ровно обратную работу.

Они сообщают:

«При всей этой категоричности я вообще-то весёлая и немного дурная».

Получается классический приём смягчения социального доминирования. Текст говорит «я устанавливаю правила», изображение — «но я не зануда».

И поэтому позы здесь могут быть психологически функциональнее обычных красивых фотографий.

Есть довольно известная проблема самопрезентации: человеку хочется показать привлекательность, но одновременно не хочется выглядеть человеком, который слишком старается показать привлекательность.

Отсюда возникает целый жанр:

намеренно неидеальная фотография.

Странная поза, гримаса, вспышка в зеркало, домашняя одежда, нарочито нелепая композиция позволяют одновременно демонстрировать внешность и дистанцироваться от самой демонстрации.

Психологическая формула примерно такая:

«Да, я знаю, что меня сейчас оценивают. Поэтому я сама немного превращу эту ситуацию в шутку».

Это даёт человеку больше контроля над возможной оценкой окружающих.

Если фотография идеальная и кто-то говорит «не нравится» — отвергли тебя.

Если фотография намеренно дурацкая — всегда существует дополнительный слой: «ну это же прикольная фотка».

Поэтому юмор и гротеск часто работают как небольшой защитный буфер самооценки.

Если совсем коротко, мой разбор этого конкретного набора был бы таким:

Автор фотографий, вероятнее всего, пытается не столько показать «как я выгляжу», сколько продать определённое ощущение от общения с собой: яркость + эксцентричность + эмоциональность + отсутствие чрезмерной серьёзности.

А текст добавляет совершенно другой компонент — селективность и контроль.

И вместе получается довольно характерная конструкция:

«Я могу позволить себе быть странной, потому что выбираю здесь я».

Вот это уже, на мой взгляд, намного интереснее самой позы в кресле.

При этом я бы категорически не стал по этим кадрам делать выводы уровня «истероидная личность», «нарциссизм», «низкая самооценка» и т. п. — популярная интернет-физиогномика здесь уже начинается там, где заканчивается психология. По фотографии хорошо анализируется стратегия предъявления себя, но значительно хуже — человек за этой стратегией.